Эмоции и процессы мотивации

Этот вопрос вроде бы продолжает предшествующий по полосы локализации чувств в системе психологического, но им освещаются уже не топологические, а многофункциональные свойства чувственной сферы, по другому говоря, он рассматривает локализацию чувств не столько в системе Эмоции и процессы мотивации психических образований, сколько в системе сил, приводящих эти образования в движение. Сходу можно сказать, что решение этого вопроса самым прямым образом связано с начальным постулатом об объеме класса явлений, относимых к Эмоции и процессы мотивации чувственным, и находится в зависимости от того, присоединяются ли к нему специальные переживания, имеющие побуждающий нрав — желания, влечения, рвения и т. п.

Разумеется, что неувязка природы процессов, побуждающих к деятельности Эмоции и процессы мотивации, не является просто одной из внутренних заморочек психологии чувств. Из ее решения следуют далековато идущие концептуальные выводы, касающиеся принципного осознания психологического. Так, конкретно данная неувязка является главный для различения в истории психологии дихотомных (ум — аффект Эмоции и процессы мотивации) и трихотомных (зание — чувство — воля) схем психологического. В современной психологии она настолько остро не стоит, но ее значение продолжает отстаиваться так именуемыми мотивационными теориями чувств.

Нельзя забывать, что неувязка детерминации поведения Эмоции и процессы мотивации всегда завлекала внимание исследователей, хотя раздел мотивации, в границах которого эта неувязка изучается в текущее время, является для психологии сравнимо новым. Если преодолеть барьер, сделанный введением в психологию новейшей терминологии, история развития представлений Эмоции и процессы мотивации об отношении чувств и мотивации окажется очень длительной и богатой. К мотивационным (в современном смысле) теориям, к примеру, непременно относится учение Б. Спинозы. В концепциях В. Вундта и Н. Грота, отделяющих побуждающие Эмоции и процессы мотивации переживания от чувственных, последние все же остаются неизбежным звеном развития процессов мотивации.

Обособление в психологии раздела мотивации связано с перемещением интересов исследователей с ближайших, конкретных обстоятельств поведения (которыми и являлся личные Эмоции и процессы мотивации побуждения, желания) на все более отдаленные и опосредствованные. Вправду, для полного разъяснения некого поступка очевидно недостаточно утверждения, что он был совершен из-за появившегося желания. Конкретное действие всегда отвечает некому более Эмоции и процессы мотивации общему актуальному отношению, определяемому потребностями и ценностями субъекта, его привычками, прошедшим опытом и т. п., которые в свою очередь определяются еще больше общими закономерностями био и общественного развития, и исключительно в этом Эмоции и процессы мотивации контексте оно может получить свое подлинное причинное разъяснение. Неувязка мотивации в том широком смысле, как она стоит в психической науке в целом, подразумевает выяснение всех причин и детерминант, побуждающих, направляющих и поддерживающих поведение Эмоции и процессы мотивации живого существа.

Но ориентирующийся и действующий субъект всю сложную совокупа причин, детерминирующих его поведение, конкретно не отражает. Только человек имеет возможность узнавать подлинные предпосылки собственного поведения, но ошибки, которые он при Эмоции и процессы мотивации всем этом обычно делает, свидетельствуют о том, что это зание основывается на опосредованном отражении и гипотезах. С другой стороны, субъектом ясно переживаются возникающие у него чувственные побуждения, при этом конкретно ими он реально управляется Эмоции и процессы мотивации в жизни, если только этому не препятствуют другие побуждения (к примеру, желание не причинять зла другим, быть верным чувству долга и т. п.). Этот обычной факт и лежит в базе концепций Эмоции и процессы мотивации, утверждающих, что эмоции (включая в их и желания) мотивируют поведение.

Естественно, что данное положение совсем неприемлемо для создателей, которые меж чувствами и побуждающими переживаниями усматривают принципное отличие, относя последние к воле либо мотивации Эмоции и процессы мотивации, либо вообщем их игнорируя (что очень типично для современной психологии). Парадигма таких концепций последующая: поведение детерминируется потребностями и мотивами; эмоции появляются в специфичных ситуациях (к примеру, фрустрации, конфликта, успеха-неуспеха Эмоции и процессы мотивации) и делают в их свои специальные функции (к примеру, активации, мобилизации, закрепления).

В период становления психологии как самостоятельной науки на рубеже XX века эта 2-ая точка зрения фактически вытеснила традицию единой Эмоции и процессы мотивации интерпретации чувственных и мотивационных процессов, соответствующую для всего предшествовавшего периода развития представлений об чувствах, и современная академическая схема изложения психологии трактует мотивацию и эмоции как Две сравнимо обособленные задачи, связи меж которыми сравнимы Эмоции и процессы мотивации, к примеру, со связями меж восприятием и вниманием, либо памятью и мышлением. Но, как это нередко бывает, укрепление позиций одной из противоборствующих сторон активизирует деяния другой. Представляется, что конкретно этот механизм привел к возникновению Эмоции и процессы мотивации в психологии чувств целого ряда работ, отстаивающих функциональное единство чувственных и потребностно-мотивационных процессов.

Более энергично старенькые идеи стали защищать в российской литературе — Л. И. Петражицкий (1908), в забугорной, несколько десятилетий Эмоции и процессы мотивации спустя — Р. У. Липер.

Подводя результат дискуссии мотивирующей функции чувств в забугорной психической литературе, М. Арнольд утверждает: «Отношение меж чувствами и мотивацией, изображаемое в теоретической литературе, остается совсем неясным. Хотя опять Эмоции и процессы мотивации и опять утверждается, что эмоции мотивируют, чуть ли кто-нибудь сумел выступить и недвусмысленно разъяснить, как конкретно это происходит» (Aгnold, 1969). В этих словах преувеличения нет. Так, Э. Даффи, отстаивая в одной из Эмоции и процессы мотивации собственных работ необходимость единой интерпретации мотивационных и чувственных процессов, вкупе с тем утверждает, что оба термина — мотивация и эмоция — просто излишни в психическом словаре (Duffy, 1948).

Неутешительность имеющейся картины не должна вызывать удивления по последней мере Эмоции и процессы мотивации по двум причинам. Во-1-х, позиции параллелизма и позитивизма, в границах которых формулируются современные мотивационные теории чувств, не допускают выделения мира личных переживаний в качестве отдельного звена процессов регуляции, тогда как Эмоции и процессы мотивации конкретно это условие позволяет не только лишь формально соединить, да и различить мотивационные и чувственные процессы в единой интерпретации. Во-2-х, призывая практически к возвращению к старенькым позабытым идеям, мотивационные теории не употребляют Эмоции и процессы мотивации опыта, скопленного в их развитии в прошедшем. Меж тем этот опыт довольно богат, и обвинения в несостоятельности дать разъяснение тому, «как конкретно эмоции мотивируют», могли быть по отношению к нему несправедливыми Эмоции и процессы мотивации.

Подлинную многофункциональную интерпретацию эмоции могут получить только в контексте отстаиваемого русской психологией положения о нужном и активном участии личных переживаний в регуляции деятельности. Решение, которое в этих критериях получает вопрос об отношении Эмоции и процессы мотивации эмоции к мотивации, в более концентрированном виде передает формулировка С. Л. Рубинштейна, утверждающая, что эмоции являются личной формой существования потребностей (мотивации). Это означает, что мотивация раскрывается субъекту в виде чувственных явлений, которые Эмоции и процессы мотивации говорят ему о потребностной значимости объектов и побуждают навести на их деятельность. Эмоции и мотивационные процессы при всем этом не отождествляются: являясь личной формой существования мотивации, чувственные переживания представляют собой только Эмоции и процессы мотивации итоговую, действенную форму ее существования, не отражающую всех тех процессов, которые подготавливают и определяют возникновение чувственных оценок и побуждений.

Как и многие другие, вопрос об универсальности мотивационной интерпретации чувств находится в зависимости от Эмоции и процессы мотивации постулируемого объема явлений, относимых к чувственным. Так, согласно теории Р. У. Липера, эмоции представляют собой только одну из форм мотивации, отвечающую за побуждение поведения вместе с такими «физиологически обусловленными» мотивами, как Эмоции и процессы мотивации голод либо физическая боль. Разумеется, если даже переживания голода и боли не считать чувственными, это не препятствует признанию, что конкретно они презентируют субъекту потребности (пищевую и самосохранения), представляя собой конкретно-субъективную форму их Эмоции и процессы мотивации существования. Потому решение вопроса о том, вся ли мотивация раскрывается субъекту в виде чувств, зависит только от того, как будет проложена граница, разделяющая переживания чувственной и неэмоциональной природы.


emocionalnaya-teoriya-gipnoza.html
emocionalnaya-zhenskaya-travma.html
emocionalnie-harakteristiki.html